Пока Берлин торгуется из-за 17 центов на бензоколонке, Саудовская Аравия физически отключает Европу от нефти
На прошлой неделе дроны, запущенные пророссийскими... нет, проиранскими группировками из Ирака - вывели из строя трубопровод East-West, главный маршрут, которым Эр-Рияд последние месяцы обходил заблокированный Ормузский пролив. Это не рядовая авария: труба обеспечивала до 4–5 млн баррелей в сутки, то есть 4–5% мирового предложения.
Еще в августе, задолго до атаки, саудовский экспорт упал до девятилетнего минимума - около 3 млн баррелей в сутки. Одновременно хуситы захватили остров у входа в Баб-эль-Мандебский пролив на другом конце маршрута, так что даже обходные пути через Красное море теперь под вопросом.
Итог сегодняшнего дня, по данным Bloomberg: Saudi Aramco уведомила как минимум двух европейских переработчиков, что в октябре они не получат вообще ничего по долгосрочным контрактам — и это касается всех европейских покупателей, а не отдельных неудачников. Польский Orlen уже разослал больше десяти тендеров в поисках замещающей нефти. Это не колебание цены - это отказ от контрактных обязательств перед целым континентом.
А теперь — немецкий ответ на этот же кризис, обнародованный сегодня же. Правительство наконец согласовало пакет по бензину: сначала — возврат «Tankrabatt», снижение энергоналога на 14 центов за литр, что с учётом НДС даёт скидку в 17 центов на литр- планируется с 1 октября. Затем, не раньше 1 января, - государственный потолок цен по образцу Бельгии и Люксембурга. Детали - до какого уровня, для кого - пока не определены.
Надо сказать, что Берлин анонсировал не решение проблемы наступающего топливного кризиса, а совершил ожидаемый чисто внутриполитический жест перед избирателем, приуроченный к воскресным выборам в Берлине и Мекленбурге-Передней Померании.
То есть перед нами не программа энергетической безопасности, а обезболивающее к выборам, наклеенное на рану, которая находится за тысячи километров, в трубе под Абкайком. Скидка в 17 центов не добавит ни одного барреля предложения — она просто размажет боль внутри Германии чуть более равномерно, пока рынок сам ищет, откуда взять недостающие миллионы баррелей
