Почему Советский Союз из всех автомобильных стран выбрал именно итальянцев и с какой стати Ставрополь-на-Волге переименовали в Тольятти.
Пальмиро Тольятти был генеральным секретарем итальянской коммунистической партии. Вместе с Антонио Грамши он в 1920-х организовывал рабочие забастовки на заводе Fiat. В 1930 году Тольятти принял советское гражданство, а потом и поселился в Москве. Участвовал в «разоблачениях» и репрессиях против итальянских коммунистов, работавших в Коминтерне. После высадки союзников на Сицилии и капитуляции Италии вернулся на родину. Под его руководством компартия Италии стала самой крупной партией в стране и самой большой неправящей коммунистической партией в Европе — более двух миллионов человек.
В 1964 году Тольятти находился на отдыхе и лечении в Крыму. Во время посещения детского лагеря «Артек» он потерял сознание и скоропостижно скончался. Гроб с телом Тольятти в Италию сопровождала советская партийная делегация во главе с Брежневым. Через два месяца Леонид Ильич уже сместит Хрущева и займет его место.
Скоропостижная кончина Тольятти вызвала массу кривотолков, перед итальянскими коммунистами поучилось неудобно и всего через два месяца Президиум Верховного Совета РСФСР постановил: Переименовать город Ставрополь Куйбышевской области в город Тольятти. Есть какая-то ирония судьбы в том, что именем человека, который разваливал производство автомобилей в Италии назвали город, в котором начали производить машины по итальянской лицензии.
Пальмиро Тольятти был похоронен при огромном скоплении народа. Итальянский художник Ренато Гуттузо создал по этому поводу масштабное полотно, где можно разглядеть Анжелу Дэвис, Хо Ши Мина, Долорес Ибаррури, Розу Люксембург, Лукино Висконти, Сальваторе Квазимодо, Жан-Поля Сартра, Сталина и сразу ПЯТЬ Ленинов. Хрущева на картине нет.
Пылкий и неутомимый Евтушенко писал тогда:
«Ну, а фашистской суке Муссолини
Мы городом Тольятти насолили».
Как в 1964 году можно было насолить Муссолини, расстрелянному в 1945 году не очень понятно, но поэты выше таких мелочей.
А теперь про «Жигули». К началу 1960-х автомобилей в СССР катастрофически не хватало. Хрущев, а затем Брежнев поставили задачу создать массовый народный автомобиль — дешевый и надежный. Своих мощностей и технологий для такого рывка не хватало, поэтому решили купить готовое решение «под ключ».
Советская сторона вела переговоры сразу с несколькими западными концернами — Volkswagen, Renault, Ford, Peugeot и Fiat. Каждый предлагал свою модель и условия строительства завода. Главным конкурентом считался Renault с переднеприводным хэтчбеком Renault 16 — «Автомобилем 1966 года» в Европе. Технически он был прогрессивнее, чем Fiat 124, но именно это сыграло против него.
Fiat 124 был классической, хорошо понятной конструкцией: задний привод, простой двигатель, ничего лишнего. Советские инженеры и рабочие могли освоить его производство и ремонт без долгой переподготовки. Передний привод Renault 16 казался Москве слишком сложным для советской реальности — и для производства, и для обслуживания.
Но главным аргументом оказался не экономический, а политический. Итальянская компартия была крупнейшей компартией Западной Европы, и советско-итальянские отношения были значительно теплее, чем с Францией, Германией или тем более США. Вернувший после похорон Тольятти из Италии Брежнев сказал: «итальянцы нам ближе».
4 мая 1966 года в Турине был подписан протокол о сотрудничестве, а 15 августа 1966 года в Москве — генеральный договор. Fiat обязался построить завод мощностью 660 000 автомобилей в год в городе Тольятти. Ах, какое совпадение! Это же символ.
Справедливости ради надо добавить, что советские инженеры внесли более 800 изменений в конструкцию Fiat –усилили кузов, подняли дорожный просвет, доработали двигатель, усилили стартер, улучшили уплотнения и защиту от коррозии в зимнем климате.
p.s.
Добавлю, что первая модель «Жигулей», выпущенная в 1970 году, стоила около 5 600 рублей. При средней зарплате в 120 рублей на покупку машины советскому гражданину нужно было откладывать все заработанные деньги почти четыре года. Итальянец при проклятом Муссолини мог купить себе «народный автомобиль» за полтора года.
