Отметил тенденцию, которую ожидал увидеть позже: культурное наследие превращается в элемент обороны Ирана. Поучительно.
Это одно из следствий расхождений в оценках атаки США и Израиля на Иран. Ни в НАТО, ни в ЕС, ни на других континентах нет единства. Нет безоговорочной поддержки даже среди республиканцев. Есть первые острые инциденты в духе «не дадим Израилю помыкать Америкой!».
Если затянется, война из неодобряемой может скатиться до крайне непопулярной.
В США причины понятны. В мире - отчасти дело в запредельной визуализации при тотальном доминировании одной из сторон.
В разных уголках планеты люди смотрят на превращаемый в щебень Тегеран и невольно примеряют на свои столицы. Безотносительно геополитики.
Вы разошлись во мнениях с кем-то очень сильным – и вот что будет, независимо от того, кто прав. Мнение очень сильного может произвольно меняться. И это тревожит.
Масса иностранцев, которые физически посещали Иран, не чувствовали на себе всех ужасов режима аятолл. Это ж очевидно? Их оптика искажена.
Множество отзывов на тему гостеприимства иранцев, восточного колорита и – главное – восхищения колоссальным историческим и культурным наследием.
И вот это наследие становится точкой сборки для оппонирования.
Режим аятолл воспринимается как нелепый прыщ на теле цивилизации с тысячелетними корнями. Временная девиация. Удаление прыща интуитивно находится в рамках дозволенного. Но есть границы.
2 марта даже такая своеобразная организация как ЮНЕСКО не смогла пройти мимо и выразила «обеспокоенность по поводу защиты объектов культурного наследия на фоне эскалации насилия на Ближнем Востоке».
Из заявлений ЮНЕСКО традиционно непонятно, кто эскалирует и кто нанёс авиаудар, в результате которого пострадал дворец Голестан в Тегеране. Объект Всемирного наследия, на минуточку. Но факт отмечен.
В Иране 27 объектов всемирного культурного наследия (в два раза больше, чем в США) и 2 – природного. Для сравнения: в Турции – 20 и 2, в Украине – 7 и 1. Что-то из них неизбежно пострадает в войне такой интенсивности. Уже есть неиранские голоса, мол, угомонитесь, пока не зашло слишком далеко.
У Ирана есть то, чего нет, например, у Газы для большинства зарубежных обывателей.
Культурное лицо Газы – это ХАМАС. Люди в балаклавах на пикапах с пулемётами. Газа познаётся через ХАМАС и веру в то, является ли Израиль цитаделью зла или нет?
Инструментарий Ирана на порядки шире.
Аятоллы прячутся в тени великой Персии и её потомков, без которых не было бы великой Европы. Ибо для становления и роста нужен достойный спарринг-партнёр.
Точно также кремлёвские упырьки прячутся в тени достижений российской (и присвоенной) культуры, маскируя свои уродства музыкой, литературой, классическим и современным искусством, наукой и т.д.
В период кризисов и конфликтов внезапно приходит осознание (к сожалению, не ко всем принимающим решения), что крайне важно, как тебя распознают люди, чьей поддержки ты собираешься добиться. Особенно в сравнении с теми, кому ты противостоишь.
И значение культуры в широком понимании тут сложно переоценить.
Путинисты при всех их ядерных бомбах зачем-то ж ломятся в Венецию?
Устойчивая основа для идентификации создаётся длительными последовательными усилиями. А не партизанскими набегами, к которым в большинстве сводится активность хороших людей с украинской стороны (это беда, а не вина). Без вменяемого государства эта задача не решается.
Россияне (и не только они) последние 30 лет системно загоняли украинцев в этнографическую нишу низкокультурных агроэльфов. Отчасти преуспели. Не без помощи местных пособников из числа идейных злодеев и разнообразных полезных идиотов.
Сейчас не то время, когда получится сделать всё, что хочется. Но как минимум над стараться творить меньше глупостей и не помогать врагу. Враг культурно не дремлет.
Понаблюдаем, насколько Ирану удастся инструментализировать и вепонизировать историко-культурное могущество, де-факто – во многом чуждое аятоллам. Любопытно.
