Христиане сами были объектом «черной легенды» со стороны языческого Рима. Их обвиняли в каннибализме (вкушение тела и крови Христовой), в инцесте (они называли друг друга «братьями» и «сестрами» и устраивали «вечери любви»), в человеческих жертвоприношениях и в черной магии. Эти рассказы о христианах подробно описаны у Тертуллиана, Иустина Философа, Афинагора — они посвятили их опровержению целые тома.
Христиане ответили взаимностью. По их описаниям, римская религия — это оргиастический культ, в котором жрицы Кибелы оскопляли себя ритуальным ножом, элевсинские мистерии включали скотоложство, дионисийские оргии сводились к разрыванию живых тел, а римские триумфы кончались человеческими жертвоприношениями. Большая часть этих описаний или сильно преувеличена или просто выдумана: дионисийские оргии существовали как ритуальный экстаз, но не сводились к убийствам. Элевсинские мистерии были торжественной коллективной церемонией с зерном и факелами, а не оргиями и так далее. Но эти описания вошли в христианский канон и обеспечили несколько столетий моральной легитимации систематического разрушения античных храмов, культовых принадлежностей, статуй, библиотек.
Когда христианство дошло до Северной и Восточной Европу, оно повторяло этот же прием против каждой местной культуры. Адам Бременский в «Деяниях епископов гамбургской церкви» врет, что на главный праздник тела молодых мужчина вешалась на деревьях священной рощи. Это описание стало основным европейским «источником» о скандинавском язычестве на протяжении почти девятисот лет — на него опирались десятки реконструкций и романов, в которых викингов представляли как диких варваров. Первая серия «Игры престолов»с развешанными на деревьях частями тел — продолжение этого мифа. Добавлю, что сам Адам никогда в Скандинавии не был — он писал в Бремене со слов миссионеров и пересказов.
Архиепископ Альбрехт фон Буксгевден в обоснование Ливонского крестового похода рассказывал о прусских и латышских язычниках как о диавольской расе» с массовыми жертвоприношениями. Точно также врали и про «своих». Когда папа Иннокентий III начал Альбигойский крестовый поход, были запущены описания катарских ритуалов, в которых катары якобы устраивали ритуальные оргии с целованием задницы кошки и ритуально убивали младенцев. Тамплиерам предъявили похожий набор обвинений: ритуальное оплевывание креста при посвящении в орден, гомосексуальные оргии, идолопоклонство Бафомету и поклонение черному коту.
В «Молоте ведьм» Якова Шпренгера и Генриха Крамера так же врали про ведьм: дескать, они вступают в плотскую связь с дьяволом на шабашах, убивают и поедают младенцев, насылают порчу и неурожаи, способны летать, превращаются в животных.
Особняком стоит самая длинная «черная легенда» в христианской истории — обвинение евреев в ритуальном убийстве христианских младенцев — «кровавый навет». Первый зафиксированный случай — история мальчика Уильяма из Норвича в Англии в 1144 году. После убийства мальчика монах Томас Монмутский написал агиографию, в которой утверждал, что евреи ритуально замучили ребенка на Пасху, чтобы использовать его кровь в своей маце. Добавлю, что Уильям был причислен к местным святым.
Этот навет повторялся в Англии, Германии, Франции, Испании, Польше, России каждые несколько десятилетий на протяжении восьмисот лет. За этим следовали погромы, конфискации и изгнания. Часто погромы начинались тогда, когда нужно было возвращать взятые взаймы деньги.
Испанские хронисты и церковные деятели создали мощный нарратив о доколумбовых цивилизациях как о царстве человеческих жертвоприношений, каннибализма, идолопоклонства и сексуальной развращенности. Этот образ ацтеков как «империи зла» стал оправданием Конкисты на четыре столетия вперед. Человеческие жертвоприношения у ацтеков действительно были — это подтверждено археологическими раскопками, но масштаб испанцы преувеличивали в сотни раз. Добавлю, что европейцы XVI века сами жили в обществе, в котором публичные казни через сожжение, четвертование, разрывание лошадьми были обыденной публичной церемонией.
Доминиканец Бартоломе де Лас Касас описал зверства самих испанцев в Новом Свете — массовые убийства, рабство, насилие, грабежи — и утверждал, что испанские конкистадоры натворили в Америке больше, чем любой ацтекский жрец. Лас Касас спорил с Хуаном Хинесом де Сепульведой о том, имеют ли индейцы полноценную человеческую душу и потому права. Лас Касас, искренне обличая преступления собственной нации, чтобы облегчить участь индейцев, дал материал для иностранной пропаганды, которая использовала тот же прием «черной легенды» — только теперь против Испании. И бумеранг вернулся к испанцам. Книги Лас Касаса быстро были переведены на латынь, голландский, английский, французский, немецкий и стали главным оружием антииспанской протестантской пропаганды XVI–XVIII веков. Голландские и английские памфлетисты использовали Лас Касаса, чтобы доказать, что католическая Испания — это уникально жестокая и кровавая нация, неспособная к гуманному правлению. Поэтому лучше мы захватим испанские колонии.
«Черная легенда» как пропагандистский комплекс работает по практически одинаковой схеме:
Сначала обвинение в ритуальном насилии (человеческие жертвоприношения, ритуальные убийства детей, каннибализм). Это самое тяжелое возможное моральное обвинение, оно мобилизует страх и отвращение немедленно. Распятые мальчики очень нужны пропаганде.
Потом обвинение в сексуальной развращенности (оргии, инцест, скотоложство, сожительство с дьяволом). Это апелляция к самым глубинным культурным табу. Гейропа совсем с ума сошла: «Моего сына одевают в костюм Путина и люди становятся в очередь, чтобы насиловать моего четырехлетнего мальчика». Забыли? Наберите в Гугле. Российский телевизор врать не будет.
Затем обвинение в идолопоклонстве или поклонении темным силам (бес, кот, козел, дьявол. Это переводит конфликт из политического в религиозный. Запад продался Антихристу.
Далее обвинение в нелояльности (заговор против государства, тайные собрания, секретные знаки). Это легитимирует насилие. Мы всех несогласных объявим террористами и иностранными агентами.
Обязательно обвинение в загрязнении (наша культура чиста, их — пачкает воду, пищу, землю). Это аргумент в пользу физического уничтожения. Святая Русь, березоньки, чистые родники и женщины с картин Константина Васильева.
Практически всегда идет преувеличение масштаба (тысячи жертв, целые поколения детей, постоянные оргии). Это позволяет представить отдельные эпизоды как систематическую практику.
И наконец — придание изначальной природы (это не следствие обстоятельств, а суть их культуры). Это оправдывает уничтожение в принципе. Мы попадем в рай, а они просто сдохнут.
Многие из этих «черных легенд» до сих пор живут в массовом сознании как «исторические факты». «Викинги — дикари» — байки Адама Бременского. «Друиды сжигали людей» — вранье Цезаря. «Ацтеки только и делали, что приносили жертвы» — преувеличения Кортеса. «Тамплиеры поклоняются Бафомету» — придумано юристами Филиппа Красивого. «Евреи пьют кровь христианских младенцев» — любимая ложь христиан. «Кровавый царский режим» — популярная страшилка советской власти. Были кровавые преступления в Российской империи? Конечно, были, но это был просто детский сад по сравнению с тем, что творили коммунисты вместе с чекистами.
