Здесь все, прям, один в один.
Передача природных ресурсов иностранным ТНК, упрощение до фикции экологических норм, реформа трудовых прав, обнуляющая эти самые права.
А теперь поговорим о земле.
В принципе, все похожее на происходящее в Аргентине планировалось у нас до войны, поэтому и такое интенсивное продавливание "земельной реформы".
По слухам, тогда некий фонд шейхов с Ближнего Востока, например, проявлял интерес к землям на территории Волынской области.
Война многое поставила на паузу. Поставила, но не отменила.
Тем более, что сейчас открывается "большой рынок земли" с участием нерезидентов. Как раз, под занавес войны, когда активы у нас будут относительно дешевые.
Но вернемся в Аргентину.
Туда прибыл наш Мухаммад ибн Заид Аль Нахайян дорогой. Президент ОАЭ.
Он прилетел в Патагонию с представительной делегацией (200 человек на нескольких самолетах, включая Boeing 787-9 Dreamliner) в режиме полной секретности.
С правительством и парламентом не встречается - они все равно ничего не решают.
Патагония, кто читал "Дети капитана Гранта" Верна - это степи, то есть чернозем.
В ОАЭ создан доверительный фонд Amaike, который привлекает широкий пул инвесторов для вложения капиталов в аргентинские земли.
Королевская семья Абу-Даби уже контролируют несколько десятков тысяч гектаров в аргентинской провинции Рио-Негро.
Покупки начались в 2017 году под будущий приход Милея, который готовили заранее.
Покупателей из ОАЭ интересуют: пашня, луга, леса, источники пресной воды в предгорьях Анд, охотничьи угодья и взлетно-посадочные полосы возле атлантического побережья.
Попутно осваиваются и другие ресурсы: эмиратская госкомпания ADNOC купила права в аргентинском проекте экспорта СПГ (месторождение Vaca Muerta), а Фонд развития Абу-Даби (ADFD) реализует проекты в сфере гидроэнергетики.
Прямо сейчас в Аргентине рассматриваются правки к Закону о землях (Ley de Tierras).
Изменения касаются регулирования иностранной собственности на сельхозугодья.
В Аргентине для земель за пределами городских зон были введены жесткие лимиты на владение иностранцами - не более 15%.
При этом по состоянию на конец 2025 года (коллективное исследование об «иностранизации земель» Обсерватории земель - проект ученых CONICET/UBA), в Аргентине под иностранным контролем находится около 13 млн гектаров (5% территории страны).
В ряде провинций данный показатель уже превышает 50%.
В 2023 году положения Ley de Tierras ставили на стоп.
Теперь у Милея есть в парламенте почти монобольшинство и проблем не будет.
Есть, правда, така мелочь как возмущение в аргентинском обществе и права коренных народов.
Но тут так "удачно" сложилась: при Милее Аргентина начала процесс выхода из всех международных соглашений по правам коренных народов. Ибо не либертарианско все это.
Сейчас, например, в Барилоче должен состояться суд над Соледад Каюнао, представительницей народности мапуче.
Ее обвиняют в "захвате" части земель, которые входят в земельный банк эмиратской Amaike общей площадью 14 тыс га.
В общине говорят, что эти земли сотни лет традиционно использовались мапуче в качестве летних пастбищ и лугов.
Сейчас лидеры мапуче протестует против «присвоения воды и земли монархиями ОАЭ».
Но на эти земли уже введена вооруженная охрана эмиратского фонда.
Община мапуче заявила о создании «территориальной обороны», протестуя против загрязнения и осушения источников воды.
Сама Каюнао может получить несколько лет реального тюремного срока.
Кстати, аргентинские гаучо (уже не мапуче, но все же), чем-то похожи по своим традициям на украинских гайдамаков.
