Но настоящую сделку, похоже, привезли не Уиткофф с Кушнером, а глава ЦРУ в августе
В понедельник Дональд Трамп написал в Truth Social, что Украина и Россия договорились не бить по энергетическим объектам друг друга. Формулировка предельно скупая: «Украина согласилась не наносить удары по российским энергетическим объектам, а Россия взяла на себя аналогичное обязательство». Ни списка объектов, ни сроков, ни механизма контроля.
Москва заявление никак официально не подтвердила. Зеленский высказался куда осторожнее, чем можно понять из заголовков: Украина готова остановить удары по российской энергетике, только если партнёры добьются от России «подлинного» обязательства не бить по украинской инфраструктуре — и прямо сказал, что Киев «не уверен, что Россия готова соблюдать какое-либо соглашение».
Похожий эпизод уже был весной 2025 года: после разговора с Трампом Путин согласился на 30-дневный мораторий на удары по энергетике, Зеленский его поддержал, но стороны почти сразу же начали обвинять друг друга в нарушениях. Формально нынешнее объявление выглядит как попытка повторить тот же трюк.
Теперь, по нашим данным, дипломатическая механика совсем другая.
Публично переговоры вели спецпосланник Стив Уиткофф и зять президента Джаред Кушнер. Однако результат, судя по всему, обеспечил не этот трек, а параллельный канал между ЦРУ и российской разведкой. Ещё в конце августа глава ЦРУ Джон Рэтклифф совершил необъявленный визит в Москву - с тяжелым военным самолётом, со встречей не с Путиным, а с главой СВР Сергеем Нарышкиным, растянувшейся на семь-восемь часов. Публично цель поездки объясняли предупреждением Кремля от удара по стране НАТО.
Мы писали тогда, что эта версия не выдерживает критики: чтобы просто сообщить Москве «мы знаем о ваших планах», не нужно лететь восемь часов и разговаривать с Нарышкиным полдня: такое послание передаётся за десять минут. Методом исключения мы указывали на другое: Рэтклифф, скорее всего, привёз предложение именно о «воздушном перемирии» – договорённости не бить ракетами и дронами дальше определённой линии от зоны боевых действий, возможно, в 50–100 км.
Мы отмечали и предмет возможного торга: Вашингтон мог предложить Киеву часть запасов ракет-перехватчиков для Patriot и дополнительные пусковые установки – ход, который не создает риска для американской безопасности, но резко меняет баланс между украинской ПВО и практически беззащитной от дронов российской территорией.
Сегодняшнее заявление Трампа по срокам и по существу почти идеально ложится в эту схему. Уиткофф и Кушнер вели публичную часть процесса – встречи, заявления, видимость дипломатии. А содержательная сделка, судя по всему, была нащупана по каналу ЦРУ–СВР ещё в конце августа, и августовский визит Рэтклиффа в Москву был не предупреждением, а доставкой этого самого предложения.
Если это так, то нынешнее «энергетическое перемирие» – не столько итог публичных переговоров, сколько озвучивание того, что спецслужбы двух стран согласовали заранее, в обход официального трека. Насколько оно окажется прочнее мартовского 2025 года, покажет уже эта осень: мы писали, что реального объявления о статусе договорённости не стоит ждать раньше середины осени, и что итогом переговоров через Рэтклиффа станет либо заметное снижение ударов с воздуха с обеих сторон, либо – формально тоже «итог», просто со знаком минус – новый виток эскалации
